АДЪ И ИЗРАИЛЬ

Реклама

Израиловка и исследования российских фило-, анти- и прочих не-семитов*

Попал h`усский аспирант на тот свет.
— Еврей?
— Еврей.
— Вам в еврейский научный ад.
Вот, пожалуйста, в лифт и на нижнюю кнопочку.
Лифт долго едет, вокруг вопли, серный дух,
потом все стихает, и, наконец, двери распахиваются.
До горизонта бескрайние свитки, манускрипты,
на горизонте многоэтажка РАН.
Едет Алек Д. Эпштейн на электроскутере.
— Простите, уважаемый, я кнопкой не ошибся?
Это и есть еврейский научный ад?
— Не ошиблись. Вы бы видели, что здесь было 20 лет назад!

 

В аду все нормально!!!Российские диссертации про «израиловку» — особый феномен в российской научной жизни. С одной стороны, устремления аспирантов и докторантов этой страны написать «кирпич» про Израиль весьма похвальны, но ведь получается в большинстве случаев как раз по высказыванию Черномырдина о том, что «хотели как лучше»… Как-то раз я уже запостил заметку про одного российского израилеведа. Однако за это время накопилось немало авторефератов диссертаций, которые вдруг чего-то захотелось мне пообозревать. Ну бывает и иногда не проходит. Собственно, вот-с…

Диссер 1. Рыжов Игорь Валерьевич: «Государство Израиль в системе международных отношений второй половины ХХ века»

Игорь Валерьевич Рыжов. Фото с портала http://hist-unn.ru

Для начала рассмотрю автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора исторических наук (07.00.15) в настоящее время — нижегородского профессора, Игоря Валерьевича Рыжова. Тема «диссера»«Государство Израиль в системе международных отношений второй половины ХХ века» — защищен 17.10.2008 в диссертационном совете Д 212.166.10 ГОУ ВПО «Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского». Работа была выполнена на кафедре международных отношений факультета международных отношений ННГУ под руководством научного консультанта, доктора исторических наук, профессора Олега Алексеевича Колобова. Официальными оппонентами были назначены доктор исторических наук, профессор Григорий Григорьевич Косач и доктор исторических наук, профессор Георгий Ильич Мирский, а также доктор исторических наук, профессор Ольга Олеговна Хохлышева. Ведущая организация — ГОУ ВПО «Казанский государственный университет им. В.И. Ульянова-Ленина».

К сожалению, в автореферате можно найти весьма занимательные пассажи, которые способны вызвать ухмылку любого арабиста или ближневосточника, например:

В зависимости от развития ситуации в районе конфликта постоянно менялся внешнеполитический курс заинтересованных держав (например, Франция в 1950-е годы проводила политику, направленную на сближение с Израилем, в частности оказывала ему содействие в реализации ядерной программы, а со второй половины 1960-х годов начала проводить политику поддержки арабских стран в этом конфликте), тогда как позиция израильской стороны оставалась неизменной. [C. 12]

4. В связи с этим автором выдвигается оригинальная версия: характеризуя подобные государства, диссертант вводит новый термин — «подпирающие» государства, давая чёткое обоснование ему [C. 12]

5. Противоречивый характер имеют отношения Тель-Авива со странами Западной Европы и Соединёнными Штатами Америки. [C. 12]

и в свою очередь нельзя отрицать факт существования иммиграции из стран СНГ в Израиль.[C. 13]

Но дело даже не в некоторых нелепостях, а в общем интеллектуальном, теоретическом и даже банально формально-логическом уровне изложения материала в «Основном содержании работы» (С. 13-42). Если основная цель исследования «изучить эволюцию внешней политики Государства Израиль и его роль в системе международных отношений второй половины ХХ века» (С. 7), то насколько автор автореферата приближается к ней, пересказывая банальные вещи, которые можно найти в Википедии? Лично я ничего нового в его изложении не нашел, ни с теоретической, ни с описательной точки зрения. В таких случаях даже говорят, что в «Википедии и то интереснее написано!»

И кстати, о Википедии — мои подозрения насчет Вики подтвердились на 27-й странице, в чем вы можете убедиться самостоятельно, просто скачав автореферат диссертации с сайта ВАК (http://test.vak.ed.gov.ru/common/img/uploaded/files/vak/announcements/istorich/25-08-2008/RyzhovIV.doc) и наведя курсор на выделенные слова, тем самым посмотрев ссылки на пару статей из Википедии:

WIKI
 

Что же мы имеем в «сухом остатке» после просмотра этого автореферата? Разумеется, перед нами не сама диссертация, но, тем не менее, именно здесь автор так и не раскрыл понятие «подпирающее государство» :), допустил многочисленные опечатки и весьма непрофессиональные суждения. Кроме того, к сожалению, изложение этого АРД напоминает мне банальный реферат с общеизвестными, банальными фактами…

Диссер 2. Колобов Алексей Олегович: «Ближневосточный конфликт в системе управления мировыми политическими процессами: генезис, эскалация, технологии кризисного реагирования»

Следующим рассматриваемым авторефератом диссертации станет АРД Алексея Олеговича Колобова на тему «Ближневосточный конфликт в системе управления мировыми политическими процессами: генезис, эскалация, технологии кризисного реагирования». «Диссер» был защищен 27.12.2011 в диссовете Д 212.166.10 (ФГБОУ ВПО «Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского») на соискание ученой степени доктора политических наук (шифр специальности — 23.00.02). Диссертация выполнена на кафедре зарубежного регионоведения факультета международных отношений ННГУ им. Н.И. Лобачевского — Национального исследовательского университета. Научным консультантом в этом случае стал доктор исторических наук, профессор Александр Алексеевич Корнилов. Официальными оппонентами были назначены: доктор политических наук, профессор Елена Суреновна Мелкумян, доктор политических наук, профессор Олег Николаевич Барабанов, доктор политических наук, профессор Олег Петрович Иванов. Ведущая организация — Казанский (Приволжский) федеральный университет.

В прошлом Алексей Олегович Колобов работал доцентом на кафедре политологии ННГУ. Примечательно, что в Нижегородском Университете работает и Олег Алексеевич Колобов, доктор исторических наук, профессор, занимавший должности декана факультета международных отношений и завкафа международных отношений. В настоящее время А.О. Колобов трудится на должности атташе при посольстве России в Саудовской Аравии.

С содержанием автореферата диссертации можно ознакомиться по ссылке http://vak1.ed.gov.ru/common//img/uploaded/files/KolobovAO.doc

Итак, мой небольшой обзор относительно рассматриваемого АРД. Как видно, автор вполне основательно выполняет поставленную цель исследования — «комплексное рассмотрение особого назначения ближневосточного конфликта, на всех стадиях развития, во взаимосвязи с другими кризисными проявлениями для современной мировой политической системы, с учетом возможностей технологического обеспечения процесса мирного урегулирования и потребностей политической прогностики» (С. 5). Теоретическая и методологическая подача материала в автореферате на вполне достойном научном уровне, автор знаком с многочисленными теориями международных отношений и методологией исследования. Однако вызывают недоумение некоторые англицизмы, например, «децизионный подход, заключающийся в попытке выяснить сущность процесса принятия решений на всех его стадиях применительно к политике» (С.5.). Тогда как использование термина «методы принятия решений» было бы более адекватным в данном контексте, особенно для русскоязычного исследователя, пишущего для российской целевой аудитории. Также вызывает недоумение использование таких «биологизмов» и «зоологизмов», недопустимых в социальных науках, как «затрагивает до сих пор каждый нерв регионального общественно-политического организма» (С. 26). Вызывает удивление и использование такого анахронизма, как «введение в заблуждение прогрессивной общественности во всем, что касается» [C. 39]. Еще одним недостатком работы является некоторая неотредактированность и не вычитанность АРД, в том числе, наличие грамматических ошибок. Ну бывает…

Вызывает недоумение и следующий пассаж автора:

Вполне возможно, что именно оригинальная концепция внешней политики Российской империи, предусматривавшая поддержку православных христиан на Святой земле и во всем мире, а главное, ее практическое воплощение на Большом Ближнем Востоке, послужили настоящим поводом к устранению русских как главного соперника англо-саксов с международно-политической авансцены после Первой мировой войны. [С.26]

Если мы на секундочку вспомним, что промышленный потенциал большевистской России в начале 20-х гг. прошлого века был вполне сопоставим с допетровскоми временами, то это и было самой главной причиной «самоустранения» и устранения этой страны с ближневосточной арены, равно как устремление Великобритании и Франции не допустить проникновения большевизма, а не православия в их сферу влияния. Кроме того, следует отметить незаинтересованность главных экспортеров революции, Троцкого и Зиновьева в ближневосточном регионе, хотя не следует сбрасывать со счетов идеологическую близость и контакты большевиков с палестинскими коммунистами и социалистами.

Более поразительно и следующее утверждение:

В результате вполне конкретных усилий протестантов и католиков, специально подготовленных на иудео-христианской, неразрывно связанной с сионизмом духовной платформе, олицетворявшей Запад в целом, Российская империя в ближневосточном регионе фактически была отстранена от всех политических дел, связанных с коллективным кризисным реагированием. [С. 26]

При этом автор забывает про влияние Императорского православного палестинского о́бщества (ИППО) с 1882 по 1918 год, про параграф 3 соглашения Сайкс-Пико от 1916 года о разделе азиатской Турции 1916 года и Памятную записку великобританского и французского посольств в Петрограде министру иностранных дел C. Д. Сазонову, [Петроград], 25 февраля/9 марта 1916 г., предоставивший российской империи ровно столько влияния, скольким она фактически располагала на тот момент именно в этом регионе. Такая христианская страна, как Эфиопия, тоже имеющая интерес к Святым местам, вовсе не упомянута в этом документе, так как вообще не участвовала на театре военных действий в первую мировую войну.

Также вызывает удивление утверждение о том, что:

Действия британцев, американцев, французов, немцев – всех, кто реально представлял Запад в целом, за исключением русских (Российской империи, а впоследствии СССР), предполагали [sic] такое мощное давление на народы Большого Ближнего Востока, которое не могло не вызвать повсеместный протест [C. 27].

Удивление вызывает то, что автор не упомянул Эфиопию, политика которой практически не вызывала возмущений «арабского народа» из-за практического отсутствия таковой. Тоже самое применимо и к царской России. Что же касается послевоенного СССР и его вмешательства в ближневосточные политические процессы, то именно спонсированные поставки вооружения из Восточной Европы привели к разгрому арабских армий в войне 1948-1949 гг., а косвенные и ли прямые поставки вооружения Египту, Сирии и поддержка ООП и прочих радикальных палестинских групп привели к эскалации арабо-израильского конфликта в военное противостояние в 1956, 1967, 1968-1970, 1973 г. и к гражданской войне в Ливане, начиная в 1975 г.

Перейдём от истории к современности, особенно к утверждению автора о том, что:

Россия вполне способна вернуть себе прежнее влияние в регионе путем синтеза формальных и неформальных дипломатических усилий. <...>
Арабы все более склонны доверять именно российским правящим кругам [C. 29-30].

Чем закончилось попытка СССР создать иллюзия полноценного арабо-советского сотрудничества, когда всевозможным деспотическим режимам, как только они заявляли о некой приверженности социализму, уже всем известно. Следует понимать, что современные ближневосточные политические лидеры, как «политические животные», в самом деле заинтересованы в получении кредитов, вооружения, внешнеполитической и дипломатической поддержки. Но выгодно ли такое сотрудничество России, чтобы снова, как во времена троцкиста Хрущева и «кремлевских старцев», спонсировать лицемерных ближневосточных диктаторов и тиранов? Готово ли современное российское правительство снова расстреливать и подавлять голодные бунты своих граждан, за ничему не обязывающую восточную лесть?

И еще одно размышление о доверии арабского мира к российской политической элите — с точки зрения ближневосточных клерикалов, российские политики — это враг номер два после американцев. Для них с российскими политическими элитами, независимо от их идеологической ориентации, возможен только тактический союз для достижения каких-либо ограниченных внешнеполитических целей. Для социалистов и коммунистов постсовесткие политики уже скомпрометировали себя, отказавшись от советской и коммунистической идеологии, поэтому того ограниченного доверия, каким они располагали до 1990-х гг., к ним больше нет. Что же касается авторитарных арабских политиков, то они готовы сотрудничать с кем угодно, лишь бы это сотрудничество укрепляло их личную власть и влияние, отсрочивая неизбежных крах их коррумпированной политической системы. Так что одними «формальными и неформальными дипломатическими усилиями» не обойтись — от России на Ближнем Востоке, как от Gun-Dealer`a в гетто, ждут, в первую очередь, оружия, финансов и прочих бесплатных «донатов».

Не совсем ясно, какой смысл автор вкладывает в следующий отрывок:

По сравнению с действиями отдельных великих держав и влиятельных международных организаций. России, к сожалению, не удается пока еще заявить о себе как о наиболее значительном акторе региональной политики, именно в рамках посредничества между израильтянами и палестинцами. Это отрицательно сказывается на ближневосточной и мировой динамике, делая сопричастными к палестинцам, в силу неразрешённости их вопросов жизнеобеспеченности, не только США, Израиль, арабские страны, Иран, Турцию, но и ведущие европейские государства [C. 30-31].

Замечу, что в настоящее время Российская Федерации является полноценным участником зашедшего уже более десяти лет в тупик процесса ближневосточного мирного урегулирования. Разумеется, российские дипломаты и политики не могут конкурировать по своему влиянию на палестино-израильские политические процессы с США, однако их воздействие сопоставимо с такими акторами, как ЕС или ЛАГ. Даже самые дотошные критики не оспаривают профессионализм и компетентность российских политиков и дипломатов в урегулировании ближневосточного конфликта, особенно на фоне непрофессионализма и вопиющих ошибок, допущенных американскими дипломатической службы в прошлые годы.

Может ли современная России претендовать на роль «наиболее значительного актора региональной [ближневосточной] политики»? Роль посредника, медиатора или актора, предоставляющего «добрые услуги» той ли иной стороне конфликта, ей вполне доступна и российские дипломаты могут успешно ее выполнять. При этом для того, чтобы поддерживать свой статус, РФ вовсе необязательно соблюдать нейтральность — как мы видим фактические поставки оружия одной из сторон конфликта или угроза их осуществления также превращают Россию в полноценного актора политических процессов на Ближнем Востоке.

Несмотря на некоторые спорные и дискуссионные положения в АРД, практические рекомендации, которые предлагает автор для дипломатической службы и российской внешней политики в отношении Ближнего Востока и ближневосточного конфликта, весьма умеренны, хотя и продуманны, исходя из реальных возможностей отечественных дипломатов и политиков.

* подразумевается монография Бернарда Льюиса Semites and Anti-Semites: An Inquiry into Conflict and Prejudice.

©

реклама   дать объявление
просмотров: 47
Запись опубликована в рубрике Юмор. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Комментируя, вы соглашаетесь с правилами пользования сайтом