АСПИРАНТКА-ЛЕСБИЯНКА

 

Когда аспирантка — на100ящая лесбиянка!

   Недетская заметка

Needs more lesbian cosplayers
 

[Все совпадения с именами, событиями, ситуациями, местами, описанными в заметке, являются случайными и непреднамеренными.]

Закончив один из гуманитарных факультетов провинциального вуза и получив диплом преподавателя истории, Настя решила поступить в аспирантуру. Впрочем, поступать в «аспу» она не особо хотела, но её уговорила давняя соседка по общежитию, сокурсница и близкая подруга Алёна: постоянную и «непыльную» работу в провинциальном городке они так и не нашли, а позволить себе снять квартиру на случайные заработки от раздачи флаеров и прочих рекламных материалов они не могли. А так, поступив на очную аспирантуру на кафедру истории, они снова смогли жить вместе в одной комнате в общежитии.

 

Вообще-то Настя и Алёна были не просто подруги: ещё на первом курсе, после очередной студенческой попойки в общаге, Алёна затащила Настю к себе в постель. Первое время Настя ещё терпела объятия и поцелуи Алёны, но вот «кувыркаться» в постели с подругой ей вовсе не нравилось. Но со временем Настя уже без всяких уговоров и истерик позволяла подруге ласкать свою грудь и гениталии. Боясь обидеть свою единственную подругу Алёну и отказать ей, Настя покорно лежала и терпеливо ждала, когда Алёна закончит свои «игры». А потом Настя привыкла и ласки подруги даже возбуждали её: сосочки наливались желанием, а между ножек возникала приятная истома…

Поступив в аспирантуру, подружки принялись искать работу. Идти преподавать в школу им не хотелось, а найти какую-либо другую работу на неполную занятость им так и не удалось, вот они и согласилась устроиться кафедральными лаборантками. Настя устроилась лаборанткой на кафедру истории, а Алёна ― на соседнюю кафедру философии. Кафедрой истории заведовал профессор Александр Кириллович Швырев, который был, как говорила Алёна «быдлом, пусть и со званием доктора наук». От него постоянно несло перегаром, а из кафедральных мусорных корзин уборщицы регулярно выгребали пустые бутылки из-под алкоголя: завкаф и его корефаны напивались до таких «розовых свинок», что даже не могли донести пакет с бутылями до мусорного бачка в ближайшем туалете. Профессор Швырев также был научным руководителем Насти и постоянно доставал её своими мелочными придирками по поводу кафедральных поручений и так ещё и не завершённой первой главы диссертации. Эти «наезды» стали особенно частыми к весне. Настя же боялась и слово возразить: «наверное, у алкаша весеннее обострение, а на носу аттестация ― так что лучше “закусить удила”, а там всё “устаканится”» ― решили подруги.

За неделю до аттестации аспирантов, которая должна была состояться на заседании кафедры, весь гуманитарный факультет отмечал юбилей деканши. По этому поводу Швырев приказал Насте закупить на деньги из кафедрального «общака» больших надувных шариков и развесить по факультету, а заодно разукрасить кафедру и накрыть стол ― декан должна была наведаться и на кафедру истории. Впрочем, декан так и не зашла, и к пяти вечера преподы стали расходиться по домам, завкаф зашёл в свой отдельный кабинет, который все называли «конурой», а Настя осталась, чтобы убрать со стола объедки и вымыть посуду. Настя торопилась — ей не хотелось оставаться наедине с завкафом ― и она опасалась, что вот-вот снова услышит его бесконечные придирки и упрёки…

Собирая пустые пластиковые стаканчики и потрескавшиеся чашки, Настя увидела, как нетрезвый завкаф, покачиваясь, подошёл к столу с початой бутылкой ликёра и коробкой конфет: «Давайка-ка, Настюха, ещё посидим, выпьем…» «Александр Кириллович, я уже домой собираюсь», — ответила Настя. «Садись!» ― сказал Швырев тоном, не терпящим возражений, взял стул, сел и разлил пойло по стаканчикам. Настя робко присела на краешек соседнего стула и взяла стаканчик. Пить с этим мерзким типом ей не хотелось, но и отказать ему она опасалась. «Настюха, вот какое дело», ― усмехнувшись и икнув, пробубнил завкаф, — «тут у меня племяш на соседней кафедре работает, хороший парень, давай я тебя с ним познакомлю». Речь шла о Димке, вечно одетым как бедный студент, плюгавом, лысеющем и носатом парнишке-заике, которого Швырев устроил сначала ассистентом, а затем преподавателем. Хотя он был наполовину хохол, всё думали, что он еврей. «Да уж, завидный жених», ― подумала Настя. Впрочем, Алёнка была жутко ревнива, и если ей казалось, что кто-то начинает флиртовать с Настей, то устраивала ей жуткие сцены, а однажды чуть было не зарезала парня из соседней общаги за то, что он попытался поцеловать Настю. Так что неудивительно, что у Насти так и не было парня. А вслух сказала: «что вы, Александр Кириллович, Дмитрий Александрович достоин лучшего!» «Не скажи», ― усмехнулся Швырев, прихлебывая из стаканчика, ― «девка ты видная, а впрочем, как знаешь… Вот что, давай-ка сейчас ко мне махнём, домой, твою диссертацию ещё раз почитаем. Короче, закругляйся тут убираться и собирайся, попутку словим…». «Но, Александр Кириллович», ― возразила Настя, ― «сейчас уже вечер, мне пора домой, а у Вас жена дома, мы ей помешаем…». «А жена-то как-раз к тёще в Ижевск уехала, так что расслабиться нам никто не помешает» — с усмешкой сказанул Швырев. «Как вы можете, да что вы себе позволяете!!!» ― собравшись с мужеством, воскликнула Настя. «Тааак, это ведь у тебя на следующей недели аттестация? А “кирпич”-то ещё сыроват, да и кандидатский экзамен ты ещё ни один не сдала ― так ведь? Так что, милочка, давай-ка собирайся…» — приказал Швырев, допивая залпом остатки ликёра из стаканчика. Тут Настя покраснела и, опустив голову, стала покорно собирать вещи…

Тем временем Алёнка тоже закруглялась с уборкой на соседней кафедре. На столе запищал-завибрировал её смартфон — «Наверное, смска от Насти, надо и мне поторопиться» ― подумала Алёна. Ей уже обрыдла эта кафедра и было невтерпёж увидеть свою подругу, её Настю. Она взяла мобильный и прочла смску: «он пристает». И, cхватив первую попавшуюся под руку бутыль с пойлом, побежала на соседнюю кафедру…

«Ты кто?» ― спросил Швырев и уставился мутными глазёнками на вошедшую Алёнку. Как и любой алконавт, он быстро пьянел. Но организм старого алкаша «требовал» ещё добавки. Увидев бутылку коньяка в её руке, он тут же, не дожидаясь ответа, схватил «допинг» и немного повозившись, хрюкая и глупо усмехаясь, всё-таки раскупорил бутыль. «Нальём-ка на посошок» — промычал он. Алёна быстренько подвинула стаканчики и разлила пойло. Девушки делали вид, что пили, всё подливая и подливая Швыреву. Через некоторое время он вконец осоловел и мычал что-то бессвязное, а потом и вовсе захрапел. «Что с ним делать будем?» ― в ужасе спросила Настя. «А вот что» — Алёнка решительно стащила с пьяного Швырева пиджак, расстегнула ремень, стащила штаны, сняла рубашку. Пока она стягивала брюки, она нащупала в кармане бумажник, раскрыла его, вытащила несколько купюр и усмехнулась: «Ну вот, как раз по дороге в магазин заедем». И тут её взгляд упал на кучку надувных шариков, оставшихся после декорации факультета: «не пропадать же добру!»….

Немалых размеров шарик всё не налезал на башку храпящего Швырева. Тогда Алёнка надрезала шарик и нацепила обрезок ему на плешь. «Настя, помоги мне вытолкать баклана в коридор!» ― приказала она. «Тело» было ужасно тяжёлое и девушки выволокли его напару, таща за руки и за ноги. «А нам за это ничего не будет?», ― с ужасом спросила Настя. «Ему будет!» — злорадно усмехнулась Алёнка, ― «пошли на выход!»

В коридоре было темно и безлюдно. В это время очники уже разошлись по домам, и только через полчаса по факультету начали сновать вечерники. Они-то и увидели лежащее на полу тело в одних красных семейных трусах в белый горошек и с розовым шариком на голове, достали мобильники, засняли-сфоткали и лишь потом вызвали охранника. Охранник Васёк недавно трудоустроился в вуз сразу после армии, и в отличие от старых вахтёров, не испытывал никакого пиетета к кафедральной шушере. Поэтому, не мудрствуя лукаво, он набрал «03», сказав напарнику — «мне тут в подсобке этот куль с дерьмом не нужен!»

И ещё потом долго после этого случая Швырев ходил понурый и старался не смотреть по сторонам, как будто от человека осталась только его тень ― поговаривали, что деканша и ректор к лету снимут его с заведования кафедры и «попросят» уйти на пенсию — срок его трудового контракта подходил к концу, а фотки и ролики с пьяным преподавателем в коридоре стали настолько популярными на вузовском форуме и студенческих группах «ВКонтакте», что об этом происшествии даже вышла пара статеек в региональной жёлтой прессе.

А две подруги в этот вечер уединились в комнате общежития, легли на кровать и стали целоваться, поглаживая друг друга, а затем разделись и занялись любовью…

©

Вместе с этим читают:
Наука втроем
Lesbian PhD Student
Дилемма аспирантки

просмотров: 109
Реклама от Google

2 комментария: АСПИРАНТКА-ЛЕСБИЯНКА

  1. пользователь Патимат сообщает:

    Боже правый! Вот еще в науке не хватало разноцветия. Общество совсем»огуманилось». Всю эту голубизну и т .п. нужно определить в психушки, в которые засовывают «заказных» больных (т.е.нормальных) людей.

    • пользователь Hulio сообщает:

      Вышеразмещённый каммент огорчает и удручает администрацию портала PhDRu. Впрочем, это не единичное явление.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Комментируя, вы соглашаетесь с правилами пользования сайтом