Педагогический роман

В первый раз в школу

eighteen plus   Недетская заметка

Автор: Ink

 

Нине не спалось. Завтра был важный день и она очень волновалась. А вот её соседка по комнате в общежитии Оля спала как убитая. Но храпела…

«Да уж…», — повернулась Нина на очередной храп. Её взгляд задержался на Оле… точнее на её груди… «Эх», — подумалось Нине, — «ну почему Ольке так везёт? » Она медленно перевела взгляд с Олиного полного четвёртого на свой неуверенно первый. «Грудь в жизни женщины играет решающую роль», — подумалось Нине, — «не зря же американские феминистки в знак свободы лифчики сжигали».

Подумав о феминистках, ей сразу же вспомнилась Марина Николаевна — завуч школы № 56 с физико-математическим уклоном, имевшая ярко-выраженные лесбийские наклонности. Нина с Олей заканчивали Педагогическую академию и по распределению скоро должны были стать учителями. Ну как скоро? Уже завтра. Сама не заметив как, Нина заснула.

Утро выдалось солнечным. Нина встала, потянулась и ойкнула: её взгляд упал на часы, — опоздала…Опоздала к первому рабочему дню… И Олька, сучка, не разбудила! Сама Оля уже накрашенная, одевала туфли и готовилась к выходу. Был конец августа и скоро начнётся новый учебный год. Сегодня для неё был важный день: определялось, какие предметы ей и соседке дадут вести.

Нина пронеслась мимо Оли в ванну, где начала экстренно приводить себя в порядок. Тихо посмеиваясь, Оля вышла в коридор и закрыла за собой дверь. Сама по себе Нина ей нравилась, но дружба ― дружбой, а служба ― службой: ей хотелось иметь возможность выбора предметов, а в отсутствие Нины получить право на выбор было проще простого.

Заседание педагогического коллектива школы началось ровно в 9. Открыл его директор Лучников Иммануил Петрович. Мужчина видный, семейный, с окладистой бородой, Иммануил Петрович производил приятное впечатление и находился на хорошем счету в РОНО. Завуча Марину Николаевну напротив, в РОНО недолюбливали: крамольно-еретические мысли генерировались ей просто на ходу. Ввести форму в виде брюк не только для мальчиков, но и для девочек, начать раздельное обучение мальчиков и девочек — эти, и не только эти, её идеи так и не нашли поддержки и понимания как ни среди педсостава школы, так и в РОНО. Против были и родители, выступавшие за здравый консерватизм в образовании. Однако Марина Николаевна была ценным и исполнительным кадром и сильно помогала своими организаторскими способностями директору.

В классе находились и учителя. Saovмин Владленович ― учитель безопасности жизнедеятельности и начальной военной подготовки, мариец по национальности, чей хитроватый прищур раскосых глаз стал притчей во языцех; Константин Хуилович ― учитель обществознания и любитель политологии, Александр Сорокпятович ― учитель истории и права, и Алексия Фарамоновна ― учительница физкультуры. Теперь же коллектив пополнился еще двумя учителями: Ниной и Олей. Теперь уже Ниной Аспирантовной Кошаковой и Ольгой.

Однако пока на месте была только Ольга, чем и был возмущен директор.

«Да где же это видано, чтобы молодой преподаватель опаздывал?!» — багровел и пунцовел Иммануил Петрович, ― «да она же ещё даже работать не начала!»

«Спокойнее, Иммануил Петрович», — в разговор вступила Марина Николаевна, ― «спокойнее: вот придёт и мы всё узнаем. Давайте лучше начнём обсуждение производственных вопросов».

«Я таки только «за»», — вставил своё слово Константин Хуилович, ― «и я таки хочу сказать, что таки вот»: и он развёл руками, показывая нечто неопределенное, ― «Опа таки. С большой буквы».

«Константин Хуилович», — осадила Алексия Фарамоновна, ― «здесь дамы: извольте выражаться предельно корректно».

«И не подумаю даже», — Константин Хуилович вольготнее расселся в кресле, ― «и я…»

«А он прав», — решительно прервала зарождающийся конфликт Марина Николаевна: «у нас маленькая школа, мало детей и нас хотят слить с соседней, более крупной».

«Да», — с сожалением выдохнул Иммануил Петрович, ― «с этого я и хотел начать. После того, как от нас ушли на пенсию Ирина Ваттяновна, заслуженный учитель, преподаватель высшей категории, обеспечивающая математический блок; и Вестер Сигизмундовна, также заслуженный учитель, преподаватель высшей категории, обеспечивающая блок дисциплин по физике, от нашего физико-математического уклона ничего не осталось. Мы потеряли свою изюминку, и нас хотят слить с другой школой. Чтобы не допустить этого, я добился распределения к нам двух молодых, но перспективных девушек: Ольги и Нины. Но, к сожалению, пока мы видим только Ольгу…»

«Ольга, в каких науках вы сильны, что хотели бы вести?» — спросил директор.

«Я бы хотела взять математику и всё что с ней связано», — ответила Ольга.

«Хорошо, решено. Голосуем: кто за? Единогласно. Против и воздержавшихся нет. Продолжим о насущном. Константин Хуилович, на Вас поступают жалобы и я склонен им верить. Еще только 9 утра, а вы уже в каком-то дурмане…»

«Я трезв как стёклышко, я непьющий», — отбился Константин Хуилович, бережно сжимая упаковку из-под аспирина УПСА, в которой лежал заготовленный с утра насвай.

«Так вот, Константин Хуилович, жалуются школьники, что Вы ругаетесь матом, жалуются их родители, что видели Вас во всяких гей-клубах, на садо-мазо вечеринках, и вообще, в неприличных местах…»

«Как это видели», — продолжал отбиваться Константин Хуилович, ― «они там что, сами были?»

«Может и были», — не унимался директор, ― «но это их частная жизнь!»

«Так и моя тоже жизнь частная!» — укреплял оборону Константин Хуилович

«Нет, Константин Хуилович, — Вы ― педагог и появление Вас в таких…эээ…местах, дискредитирует школу и даёт все основания для увольнения. Мы и так Вас, в нашей школе с физико-математическим уклоном держим, чтобы Вы оценки детям правильные ставили. Ибо ваше обществознание, в школе с физико-математическим уклоном», — ещё раз подчеркнул директор, ― «как-то не котируется, в общем. Так что будьте любезны…»

«Да-да, я понял», — сдался Константин Хуилович, ― «но я…»

Но закончить фразу он не успел, так как в дверь робко постучали. Но не вошли.

«Да-да, зайдите», — пробасил директор.

Это была Нина. Запыхавшаяся, не накрашенная, но пришедшая.

«Явилась, не запылилась!» — фыркнула Алексия Фарамоновна.

«Извините, я опоздала…», — потупив глазки, молвила Нина и покраснела.

«А…», — только и махнул рукой директор, раздражённый выкрутасами Константин Хуиловича.

«Да, и какова же причина, позвольте узнать», — Марина Николаевна не собиралась тянуть кота за причинное место, ― «хотелось бы сразу решить этот вопрос».

«Я…я…проспала…», — ещё больше покраснела Нина.

«Понятно», — только и ответила завуч, ― «садитесь, мы уже давно начали», — особо отметив голосом словно «давно».

«Я…я…», — запнулась Нина

«Не надо», — поднял руку директор, ― «садитесь и продолжим. Итак, вам переходят физические дисциплины. И вам, и Оле, надо постараться: скоро районная олимпиада и мы должны занять призовое место. Пускай не первое, и не второе, но хотя бы третье… Девушки, мы на Вас надеемся. Вопросы есть? Нет? Тогда совещание закончено».

И все стали расходится. Ольга сразу же побежала знакомиться с директором, Марина Николаевна пошла составлять расписание с Алексией Фарамоновной. А Константин Хуилович остался с Ниной. Нина растеряно водила глазами по классу, но не долго. Константин Хуилович деловито подошёл к ней и, поцеловав в шею, достал откуда-то из заднего кармана мятую шоколадку:

«Константин Хуилович, Ваш друг. Позвольте поздравить Вас с новой работой и для вливания в коллектив, предлагаю отметить это дело сегодня вечером, у меня, за чашкой чая». И он ещё раз поцеловал Нину в шею, с другой стороны. Нина покраснела как рак. Не зная, что сказать, она чувствовала себя грязной и использованной.

«Мерзавец!» — крик отвлёк Нину, ― «подлец, ты что делаешь!», — Saovмин Владленович увидел момент поцелуя и ринулся на Константин Хуиловича, ― «девочка…а ты…»

складень«Спокойно», — Константин Хуилович ориентировался в ситуации быстро, ― «всё нормально», — и достал в подтверждение своих слов нож-выкидуху для защиты себя любимого, ― «ты чё, опять выпил?»

«Мерзавец», — прогундосил Saovмин Владленович, покосился на выкидуху и решительно убежал.

«Как всегда», — усмехнулся Константин Хуилович, ― «простите нашего коллегу: кажется, к нему пришла «белочка»».

Но пришла не белочка. В класс вошла Марина Николаевна.

«Ну что, скот, молись!» — и резко дав Константин Хуиловичу в пах и по ушам она подошла к Нине. ― «Мне Saovмин Владленович всё рассказал. Этот маньяк пытался тебя изнасиловать? Погань, а не человек…»

«За что…», — неслось с пола, ― «я не…»

«Молчи, гад…», — вошедший Saovмин Владленович героически схватил стул и кинул его в Константин Хуиловича.

«Что случилось? …» — в класс вбежал директор.

«Он», — указывая на Константин Хуиловича, ― «пытался её», — указывая на Нину, ― «изнасиловать», — сказал Saovмин Владленович.

«Так и было, Нина? »

«Я…я не…не знаю, наверное…»

«Ах ты негодяй!» — сплюнул Иммануил Петрович и пошёл звонить в полицию.

«Испугалась? Моя ты девочка!» — Марина Николаевна нежно обняла Нину. ― «Ну, не бойся, я больше тебя никому не дам в обиду!»

Приехавшая полиция отказалась забирать Константин Хуиловича и вызвала ему скорую. Константин Хуилович, обещая подать в суд и превратить всех в голодранцев, уехал в травматологию. Приехавший следователь сказал, что перспектив у дела нет. Марина Николаевна повезла Нину домой, а сама Нина взяла больничный. Оля теперь работала и за себя, и за Нину, и за Константин Хуиловича. Выписавшийся через два месяца Константин Хуилович, как и обещал, подал на всех в суд.

А ещё через месяц все узнали, что Оля беременна от сына Олигарха, который учится у неё по классу астрономии, и она уходит в декрет. Нина тоже уходит. С Мариной Николаевной. В круиз по среднеземноморским странам. У них случилась любовь. Узнав об этом, Алексия Фарамоновна написала заявление на увольнение по собственному желанию, сказав, что не может работать в такой аморальной обстановке. Иммануил Петровича вызвали в РОНО и сообщили, что денег в бюджете нет и, раз Константин Хуилович подал в суд, а почти все учителя ушли, то школу закрывают. Тем самым Константин Хуиловичу будет не с кем судится.

Saovмин Владленович и Иммануил Петрович сидели на лавочке своей бывшей школы. Здание уже продали предпринимателю Ашоту — он разместит здесь ночной клуб. Константин Хуилович обещал быть там частым посетителем. В последний раз, грустно обведя взглядом своё бывшее хозяйство, Иммануил Петрович всплакнул. Saovмин Владленович тоже всхлипнул: школа ему нравилась. Они тяжело поднялись, обнялись на прощанье и пошли. Каждый своей дорогой.

Источник: рассказ «Как мы форумчанок замуж выдавали» на форуме «Портала аспирантов»   вебhttp://aspirantura.spb.ru/forum/showthread.php?t=9321

Вместе с этим читают:
Вазелиновые доценты
Вестник рецензента
Тимочкин Ларгус

Поделиться новостью в соцсетях:   ВКонтактеФейсбукTwitterТелеграмМой МирОдноклассникиLiveJournal
просмотрели просмотров: 107

Комментируя, Вы соглашаетесь с правилами пользования сайтом
Все ответы на личные вопросы даются только за донаты

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *