Глобальная политическая культура

Исследование глобальной политической культуры

Содержание
(выберите и нажмите пункт для быстрого перехода)
 

Политическая культура в контексте процессов глобализации

В этой заметке представлен политологический анализ развития локальной, региональной и национальной политических культур (далее — ПК) в контексте процессов глобализации как феномена (от греч. phainomenon — являющееся; явление) современных международных отношений.

Глобализированный мирРассматривая влияние глобальных процессов на ПК, следует отметить, что в современном мире экономические и социальные последствия процессов глобализации приводят к конкуренции между универсальностью и региональными социокультурными различиями, влияющими на функционирование институтов. В настоящее время на трансформацию ПК национального государства влияют не только эндогенные (от лат. endo ― внутренние причины) факторы, такие как национальная история, традиции, религия, специфические коды поведения населения той или иной территории, но и глобальные процессы.

Термин «глобализация» относится к тем технологическим нововведениям, под воздействием которых мир рассматривается как единое место. Глобализация приводит к активизации трансграничных процессов. Главной характеристикой этих трансграничных взаимодействий индивидов и организаций является то, что они не инициируются национальными правительствами. В результате интенсификации связей между национальными владениями сегодня резко возросла взаимосвязь и взаимозависимость стран и регионов. В силу действия указанных выше факторов, в настоящее время национальные и региональные институты управления вынуждены решать не только локальные проблемы, но и вызовы глобального характера.

Реклама от GoogleAdvertisment
редакторская вычитка
 

Несмотря на то, что глобальные процессы являются одними из ключевых факторов современной международной политики, глобализация ― не единственная движущая сила международных политических и экономических процессов. Более того, глобализация не является процессом, направленным на гомогенизацию экономической и социальной среды и не стала панацеей (лат. panacea ― лекарство от всех болезней) от экономических, социальных и культурных проблем, с которыми сталкиваются отдельные страны и регионы. Так, например, В.И. Пантин и В.В. Лапкин обращают внимание на «неравномерность» воздействия глобализации на политическую действительность. Кроме того, как отмечает Н.Н. Федотова, «процесс глобализации обостряет проблемы идентичности национальной политической культуры», поскольку ПК не является изолированным явлением. Поэтому, несмотря на концепцию мира как единого пространства и снижение значения географических преград, глобализация не способна устранить территориальный императив (повеление, настоятельное требование) суверенных государств и их культурных различий.

В глобализованном мире акторами международной политики являются не только государства, политические лидеры и международные правительственные организации. Идеи «постсуверенного правительства» (postsovereign governance), «глобального правительства» (global governance), «глобальной демократии», «глобального гражданского участия» (global civic activism), «глобальных социальных движений» (global social movements) и «глобального гражданского общества», а также усиливающееся вмешательство мегакорпораций, транснациональных и мультинациональных корпораций и других акторов международных отношений в политическую жизнь национального государства, казалось бы, превращают ПК национального суверенного государства в провинциальную и «местечковую».

Однако, политическая действительность несколько сложнее указанного выше утверждения. Так, создавая новую технологическую, информационную, социоэкономическую и социокультурную среду, глобальные процессы не только унифицируют образ жизни и модели социального поведения в крупных мегаполисах, но и обостряют проблемы культурного и цивилизационного развития. Экономические, социальные и политические последствия процессов глобализации посредством унификации политической и управленческой практики угрожают существующим политическим культурам, традициям и институтам. Единственное позитивное событие, о котором вряд ли можно сожалеть ― это практически полное исчезновение тоталитарной культуры, ныне представленной только на «острове свободы» ― Кубе и в Северной Корее ― КНДР. В других случаях, ПК национальных государств вынуждена приспосабливаться к нормам постсуверенной глобальной политической культуры.

Политологические исследования глобальной культуры

Глобализированная деревенькаВ этом разделе проанализированы существующие подходы к глобализации как фактору (от лат. factor — делающий, производящий; причине) изменения политической культуры (далее — ПК).

Анализируя проблему социокультурных аспектов глобализации и влияния глобальных процессов на ПК в глобальном, региональном и локальном масштабе, профессор экономики Парижского университета Дэниэль Коэн предложил критический подход к современным процессам «глобализации как вестернизации» и их влияния на ПК стран «третьего» мира. Согласно его мнению, глобализация как вестернизация продолжает колониальную политику западных держав, нацеленную на выкачивание ресурсов, в том числе и культурных, из слаборазвитых стран.

В свою очередь, профессор философии Тюбингенского университета Отфрид Хёффе (Höffe), анализируя влияние глобализации на политические структуры и ПК общества, утверждает, что классическое национальное государство в скором времени претерпит существенные изменения под влиянием космополитических ценностей «глобального общества».

С указанной точкой зрения не соглашается профессор политологии университета Северного Колорадо Келечи Кэйлу (Kalu), полагая, что глобализация является универсальным проектом, распространяющим демократические и капиталистические ценности, нацеленные на гомогенизацию практики управления на основе либеральной демократии, особенно в международных организациях и в не-западных государствах. По мнению Кэйлу, внедрение в ПК не-западных стран ценностей западного мира позволит правительствам стран Африки и Юго-Восточной Азии решить внутренние расовые, родовые, религиозные и этнические противоречия в рамках идеологии политического либерализма.

Однако, суровая действительность, как социальной жизни, так и ПК стран Юго-Восточной Азии и «черной» Африки, показывает абсурдность данного подхода. В социальной системе с традиционной политической культурой существуют глубокие противоречия между вестернизированной элитой и традиционно настроенными массами. В этих странах многочисленные социальные группы прилагают различные социокультурные нормы к политическому действию, часто принимающему форму непредсказуемого спонтанного насилия. Более того, западные рациональные ценности в традиционной ПК часто открывают простор для насилия. Результатом такого рода структурных особенностей ПК традиционных обществ оказывается нестабильность государственных режимов, а также постоянные колебания между демократией и авторитаризмом.

С другой стороны, анализируя влияние глобализации на национальную культуру, а также взаимосвязь феномена глобализации и ПК стран и регионов, американский политолог Дэниел Элазар (Elazar) полагал, что наблюдается прямое влияние экономических, технологических и социальных новшеств на изменение ПК. Согласно мнению автора, ПК, как и культура вообще, имеет тенденцию к медленным изменениям. Отвечая на вопрос, каков вклад глобализации в изменения, происходящие в ПК, Элазар уклончиво утверждал, что социокультурные и иные процессы глобализации, которые распространяют нормы рынка и гражданские ценности прав человека, являются главной движущей силой изменений в современной политической культуре. Однако данные изменения имеют различную динамику в различных регионах земного шара. При этом Элазар выделил девять таких регионов: англо-саксонские страны, Северо-Западную (протестантскую) Европу, Южную (католическую) Европу, Восточную Европу (Евразия), Латинскую Америку, Ближний Восток и Северную Африку, Средний Восток, Юго-Восточную Азию и «черную» Африку. Однако он не прояснил в дальнейшем свою точку зрения о влиянии процессов глобализации на ПК данных регионов.

В свою очередь, Дэйвид Кэмерон (Cameron) и Дженис Стейн (Stein) из университета Торонто отмечают, что влияние глобализации на социальные структуры обусловлено восприимчивостью к ценностям «глобальной политической культуры», то есть к тем ценностям, которые стимулируют индивидуальное и коллективное участие в рамках гражданского общества. Однако следует отметить, что индивидуальное и коллективное действие, как и гражданские инициативы, не являются позитивными per se (лат. — само по себе) и способны привести как к положительным, так и дисфункциональным явлениям в политической жизни общества. При этом авторы также не указывают, каким образом развивается культура отдельной страны или региона.

Типология политической культуры в эпоху глобализации

В данном разделе предложены концептуальные схемы анализа политической культуры в странах ОЭСР и «третьего» мира в начале XXI в.

Классические концепции европейских и американских ученых, посвящённые проблемам политической культуры, способны предоставить современным исследователям глобализационных процессов не только методологический, но и концептуальный аппарат для дальнейших разработок проблемы влияния глобализации на политическую культуру.

Если воспользоваться классической типологией политических культур, предоставленной Г. Алмондом, выделившим несколько типов политической культуры — традиционную, континентально-европейскую, англо-американскую и тоталитарную, для изучения влияния экономических и социальных процессов глобализации на политическую культуру то представляется возможным отметить следующие особенности:

В странах «третьего» и «четвертого» мира доминирует традиционная политическая культура, состоящая из трёх основных субкультур — доиндустриальной, переходной, которая охватывает трансформирующиеся общества, и индустриальной. В этих государствах процессы глобализации создают причудливую смесь из доиндустриальных, индустриальных и постсовременных ценностей и ориентаций на политические институты. Такая амальгама различных политических убеждений в традиционной политической культуре способна привести к доминирующей роли одной партии или охлократии (от греч. ochlos — толпа, чернь и krati — власть; власть толпы), политической нестабильности и традиционализму как стремлению вернуть гармонию «золотого века» доиндустриального или индустриального состояния. В таких странах «третьего» и «четвертого» мира характерна политическая система с низкой степенью структурной дифференциации (отсутствием стабильного разделения политического труда) и высокой степенью смешения и подмены ролей, когда бюрократия исполняет законодательные функции и те же самые функции осуществляет армия, что чревато вмешательством военных в политику и военными переворотами.

Второй тип политической культуры ― это континентально-европейская культура. В континентально-европейских странах на протяжении прошлого столетия политические акторы приходили в политику не как на рынок, каждый со своим «товаром» и с готовностью к соглашению, а как носители «антагонистических проектов» (греч. antagonism — спор, борьба; противоречие, характеризующееся острой борьбой враждебных сил). Данный тип политического поведения влечёт за собой дальнейшую фрагментацию на уровне идеологии и политической организаций. Партии в континентально-европейской политической культуре выступают как движения и секты, основанные на вере. Политики же вместо решения практических вопросов управления занимаются проповедями и прозелитизмом (лат. proselytus«обращённый»; стремление завербовать как можно сторонников, преданность вновь принятому учению, новым убеждениям). Если политический «обмен» и происходит, то он принимает форму сделок «из-под полы».

В странах с континентально-европейской политической культурой социальные и экономические издержки процессов глобализации ― массовая миграция из стран Азии и Африки, конкуренция европейского среднего класса, фермеров и пролетариата с более «дешёвыми» тружениками и производителями стран «третьего мира», порождают у граждан «старой Европы» недоверие к наднациональным институтам. Также распространение рыночно-ориентированных и космополитически-либеральных ценностей глобальной культуры в фрагментированной и формально рационализированной континентально-европейской политической культуре приводит к общей деморализации политической жизни, политической апатии и политическому конформизму, что чревато цезаристскими переворотами.

Третий тип политической культуры, «англо-саксонский», отличается высоким уровнем плюрализма относительно политических воззрений и ценностей, а также способностью политиков достигать взаимовыгодных политических компромиссов для осуществления поставленных целей. В соответствие с англо-американской политической культурой, демократический процесс принятия решений, который преимущественно является процессом избрания представителей, должен состоять из равных основополагающих принципов и правил для конкуренции между различными заинтересованными группами. Эти заинтересованные группы могут значительно различаться между собой своим положением и влиянием в общественной структуре, профессиональными интересами или этническим происхождением.

Политическая культура в континентально-европейских странах не адаптирована к ценностям глобализации по англо-американским моделям буржуазно-либеральной демократии, основой которой являются рациональный «политический рынок» и «игра» с ясными правилами при относительно невысоких «ставках». Поэтому внедрение в континентально-европейскую политическую культуру образцов политического поведения и социальных технологий, характерных для англо-саксонских стран и основанных на осуществлении политики как конкуренции между различными профессиональными или этническими заинтересованными группами, повлечёт за собой дальнейшую фрагментацию на уровне идеологии и политических организаций в «старой Европе».

Тоталитарная политическая культура может быть интерпретирована как форма «бонапартизма» двадцатого столетия. Ее можно расценивать как опыт уникального радикализма средних классов, преимущественно-мелкой буржуазии. Возможно, это было восстание против модернизации и бунт праворадикальных маргиналов против современной западной цивилизации, оппозиционно настроенных в отношении западного либерального общества, урбанизации, индустриализации, либерального образования, рационалистического материализма, индивидуализма и социальной стратификации (лат stratum ― слой; расслоения). Вероятно, это также был результат чрезвычайных невротических или патологических психосоциологических импульсов отчуждённых и традиционно аморфных масс. Тоталитарная политическая культура появилась в результате политического и социального кризиса, в котором традиционные формы классового доминирования не были более эффективными, однако произвели ситуацию относительного равновесия, позволяя новой форме диктатуры создать надклассовый диктат. Впрочем, в мире информационных технологий тоталитарные диктатуры оказываются несостоятельными.

Выводы и заключение

Подводя итог анализу литературы, посвящённой рассмотрению влияния глобализации на региональную и локальную ПК, следует констатировать тот факт, что данная проблема недостаточно полно представлена в научных публикациях. Поэтому из-за недостаточной разработанности данной проблемы многим исследователям приходится повторять классические или постмодернистские доводы и аргументы, что несколько снижает как качество исследований, так и новизну идей.

Более того, при построении долгосрочных политологических прогнозов развития такого феномена, как ПК в глобализирующемся и изменяющемся мире, современные исследователи практически не способны использовать теоретико-методологические наработки предшественников. Возможно, этим и можно объяснить то, что проблема трансформации ПК современного национального государства под влиянием процессов глобализации является одним из самых интригующих и одновременно малоизученных вопросов в научной литературе.

Подводя итоги изучению влияния социальных, экономических и политических процессов глобализации на политическую культуру, следует отметить, что глобализация оказывает противоречивое и неравномерное воздействие на региональную, национальную и локальную политическую культуру. С одной стороны, построение глобального гражданского общества и развитие глобального политического активизма способствуют становлению демократических ценностей и навыков у граждан национального государства, участию личности в функционировании политической системы и в формировании национальной политики. Также глобальные процессы способствуют становлению и развитию институтов правового государства и гражданского общества в странах «третьего» и «четвертого» мира. С другой стороны, социальные и экономические издержки глобализации, неравенство доходов между «глобальным Севером» и «глобальным Югом» оказывают дестабилизирующее воздействие не только на слабые государства «третьего» и «четвертого» мира, но и на страны Запада. Эти процессы приводят к нестабильности политических систем, порождая, время от времени, повторяющиеся варианты авторитарных или квазидемократических режимов.

Источник: Курс лекций по предмету «Политология»: модульный подход. [Пособие]. СПб., 2008. 456 с.

© Hulio

Реклама от GoogleAdvertisment
опубликовать статью в журнале
 
Поделиться новостью в соцсетях:   ВКонтактеФейсбукTwitterТелеграмМой МирОдноклассникиLiveJournal
просмотрели просмотров: 291

Комментируя, Вы соглашаетесь с правилами пользования сайтом
Все ответы на личные вопросы даются только за донаты

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *